Единственная надежда Украины – либерализм! (часть 1)

Wesleyunawn

5 мая 2010 в 08:21

«Всегда у нас бывший начальник – дурак,
А нынешний – просто конфетка».
В декабре 2004 года в Киеве Майдан окончательно победил. С тех пор прошло почти пять с половиной лет, ушла целая историческая эпоха. Многие детали событий тех дней канули в Лету, и, разумеется, любой разговор о них сейчас покажется, наверное, нелепым и смешным. Как сказал Шпаликов:
«По несчастью или к счастью,
Истина проста:
Никогда не возвращайся
В прежние места».
И все-таки я хочу пройтись по этим обгоревшим дням, хотя они и канули в Лету.
Помню, меня когда-то поразили слова Бориса Пастернака о НЭПе в «Доктор Живаго»: «…самого двусмысленного и фальшивого из советских периодов». Я читал этот роман впервые еще в «заграничном» варианте в самые первые годы перестройки, еще все было впереди, и эта фраза, не укладывающаяся в наступающей гласности, резанула слух своей диссидентской правдой.

И лишь потом я понял, что Пастернак одновременно и прав и не прав. Ибо да, НЭП был временем пустых надежд, лживых обещаний и сладости самообмана. Да, это все так, но… Если бы не НЭП, мы к примеру, возможно, никогда не знали бы Михаила Булгакова, Юрия Олешу, Исаака Бабеля. И очень многих других. Прежде всего, конечно, Булгакова, который успел стать известным до того, как книги, подобные его книгам, стали запрещать. К примеру, Сигизмунд Кржижановский писал гениальные рассказы, но «опоздал» примерно на год. Булгакова, с его фантастическим реализмом, еще печатали, а судьба гениального Сигизмунда Кржижановского была брошена в сталинскую печку, как старая игрушка, сломана и выкинута на обочину жизни.
Да, НЭП был временем «фальшивым», но слабость сталинского режима тех лет позволила спасти жизни огромного числа людей. Хотя бы на время.
Наверное, ассоциация с Майданом покажется странной. Но я не согласен. Ведь уже общим местом стали рассуждения, что Майдан – это грандиозная фальсификация и обман. Это говорят порою даже те, кто поддержал его в свое время. И кое-что в этом есть, есть нечто подобное в истории Майдана, это правда. Наше тогдашнее ощущение свободы оказалось насквозь фальшивым – ни Виктор Ющенко, ни Юлия Тимошенко ничего практически не изменили в нашей жизни. Они, правда, сами не стали могильщиками свободы, но создали все условия для Виктора Федоровича. Все!
Но будем откровенны. Разве только они виноваты? Украинское общество в целом очень беспечно отнеслось к достижениям Майдана. Не было волны новых общественных организаций, не было даже диспутов, и, уж тем более, практически не было новых политических проектов, разве что «Пора». Но это проект коснулся совсем небольшой части общества. Лично я уверен, что слишком мало сил мы на это положили, слишком поверили, что заработают теперь нормальные цивилизованные механизмы – то есть поверили в тех же наших политиков. Мне трудно из провинции понять, что произошло в Киеве, почему весь пар ушел даже не в свисток, а в никуда?
И все-таки, когда я хочу найти хоть искры, способные когда-нибудь разжечь огонь свободы в нашей стране, то искать их можно только там, в этой топке Майдана.
Многие это уже забыли, но из всего, что обещал Виктор Ющенко на Майдане, он впоследствии лишь сократил срок службы в армии до одного года. ВСЁ! Остальные обещания растаяли в упоении властью. Но власть всегда пьянит до безумия. А разве можно было иного ожидать от Виктора Андреевича? И до избрания президентом Виктор Андреевич мнил себя мессией. А мы все закрывали на это глаза. Знали его некомпетентность, его фаворитизм – и все равно старались об этом не думать!

Беда ведь не в том, что Виктор Андреевич мнил себя Иешуа Га-Ноцри, беда в том, что он в роли булгаковского персонажа обязательно потребовал бы для проезда через Сузские ворота и подобающего осла, и, разумеется, сопровождения толпы черни, вопящей «Осанна» ему. Его мессии нужна не Истина – больше всего он мечтал стать во главе нашего Синедриона. И при этом в глубине души Виктор Андреевич навсегда остался Труффальдино, выслужившимся до Тартальи. Слуга двух господ – вознесенный на престол!
Но трагедия не в этом. Как никогда, мы стали свидетелями драмы, где короля играет свита. И хотя о том, что «Король голый», заговорили не только дети, мы так и не сумели выйти на площадь с этой Правдой.
Да, трагедия не в том, что Виктор Андреевич Ющенко оказался Голым Королем, неудачником Тартальей, Иваном Васильевичем Буншей, возомнившим себя Иоанном Грозным. Хотя, конечно, хорошо, что он – не Иоанн Грозный, только плохо, что Бунша. Нет, это беда наша, а не трагедия.
Трагедия в том, что не вышли люди на Майдан сказать: «Король-то голый!», не вышли потребовать от Виктора Ющенко выполнения своих обещаний.
Так почему это произошло? Вот этот вопрос важнее всего!
«В России всегда и тюрьма, и сума –
Конечные пункты прогресса».

Очень многие не понимающие сути Майдана, до сих пор уверены, что Майдан – это проплаченное американцами шоу. Разумеется – это чушь. Эксперты по разному оценивают размеры вложений российской власти в выборы Януковича в 2004 году. По различным оценкам, сумма колеблется около миллиарда долларов. Точно ответить публично невозможно, так как российские власти, которые не обязаны ни перед кем отчитываться, могли потратить на это ЛЮБУЮ сумму, и никто слова бы не сказал. А вот с американцами все очень просто.
Любая североамериканская структура, осуществляющая на деньги федерального Правительства грантовую помощь, это, прежде всего, структура бюрократическая, со всеми обязательными отчетами, документами и прочей правительственной дребеденью. Да, на протяжении, по-моему, пяти лет различные структуры в рамках агентства USAID потратили на грантовые программы в Украине где-то 30-35 миллионов долларов. Причем эти деньги включали в себя ВСЕ гранты, в том числе львиную долю среди них составляли гранты для различных украинских чиновников на поездку в США для изучения работы местных бюрократов. Я лично глубоко убежден, что не в коня корм, так как я знаю некоторых из этих чиновников много лет, и никаких изменений в их поведении, конечно же, не увидел после поездки в США. Да это было бы и странно, потому что они такие, какие они есть, – не потому, что не понимают, как надо жить (по американским меркам), а потому что не хотят так жить – это невыгодно!
Так что и из этой крайне небольшой суммы для предвыборной компании две трети ушли в пустоту, как это обычно и бывает с западными грантами.
И еще один пример. Мой коллега Марат Якупов вспоминает случай, который был пару лет назад. Приезжали к нам в Одессу как-то высокопоставленные американцы. Были в гостях у мэра  Гурвица. Кто-то из присутствующих предпринимателей спросил: «Почему вы даете деньги таким, как Кучма, а не НГО (третий сектор)?». Ответ был: «Мы сознаем, что это проблема, но ее непросто решить».
Марат на улице попытался продолжить беседу – он свободно говорит на английском. Ну, а тот так, не для протокола, говорит, мол, наша помощь Восточной Европе – настолько малая капля в бюджете, что налогоплательщики вообще не замечают ее. И, соответственно, не заботятся о том, что в этом краю Земли происходит. Вот это, увы, очень похоже на правду. Хотя, она, конечно, очень неприятна тем, кто ненавидит «пиндосов», ибо в такой ситуации самое страшное, когда тебя просто не замечают!
В общем, по разным причинам, все эти ссылки на американцев – липа!

Но, конечно, Майдан все-таки требовал достаточно больших денег: питание, обогрев, лекарства. Я почти уверен, что львиная доля людей на Майдане стояла по собственной инициативе, но, возможно, что было некоторое количество людей, которые получали командировочные. Кроме того, нужны были деньги на транспорт – дорога в Украине стоит значительно больше в процентном отношении, чем во времена СССР, и сейчас свободно путешествовать могут далеко не все. Так что деньги были нужны – несравнимые, разумеется, с избирательной компанией Виктора Януковича, но весьма значительные. И дал эти деньги украинский бизнес.
В первые после Майдана месяцы были, кстати, напечатаны воспоминания людей, которые давали деньги. Все было очень просто: они вместо взяток чиновникам стали давать деньги на Майдан. Я так примерно думаю, что весь объем взяток киевским чиновникам в год – это миллиарды долларов. Я думаю, что, исходя из ориентировочных расчетов, только киевские бизнесмены дали на это дело порядка ста миллионов долларов – как раз взятки за четвертый квартал. А ведь были деньги и провинциального бизнеса.
Майдан стал местом ответа бизнеса на произвол власти. В эти дни он ощутил свою политическую силу. И я до сегодняшнего дня не могу понять: Виктор Ющенко не понял этого или испугался?
История свершилась в январе 2005 года. Формально все это было связано с выборами премьера. Именно тогда, в первые недели января  Ющенко определялся со своей стратегией. И именно тогда были сделаны первые шаги от свободы Майдана к тюрьме и суме Януковича.

Трудно представить себе Виктора Андреевича Ющенко, исполняющего песню Александра Дольского «Вагонные куплеты». Но ей Богу!.. Когда я вспоминаю январь 2005, я будто воочию слышу эту песню
«В России повсюду полно голытьбы,
А масса то пьёт, то бушует.
Подайте ослепшему в ходе борьбы
С остатками русских буржуев».
Виктор Андреевич, вознесенный на свой пост исключительно благодаря украинскому бизнесу, начал свою деятельность на посту президента с того, что объявил ему войну!
Это, разумеется, не следует понимать таким образом, что Виктор Ющенко приказал сажать предпринимателей в тюрьму. Все гораздо сложнее. Ющенко заявил, что он начинает борьбу с «черным рынком».
Увы, украинское общество тогда не осознало происходящего. В январе 2005 года, услышав первые заявления Виктора Ющенко о «черном рынке», я пришел в ужас и написал статью о том сценарии развития, который следует из этого лозунга Виктора Ющенко. Статью я написал для начинающего тогда политического журнала «Политик Холл», и она вышла в сокращенном варианте в №20 журнала март-апрель 2005 года. Эту статью и сейчас можно прочитать по адресу http://politikhall.com/?page=filing&a_id=179.

Увы, уже к этому времени все стало еще хуже. Премьер Тимошенко стала воплощать в жизнь самый печальный результат моего прогноза. Весной мой коллега Феликс Кобринский написал в нашей газете «Правое дело» статью «Оранжевый социализм» о Кабинете Тимошенко. Но в обществе так и возникло по-настоящему аллергии на эту заразу.
Чем же так напугала меня фраза Виктора Ющенко о «черном рынке», и почему реализация этого плана вызвала такой негативный прием и у меня, и у моих коллег? Я приведу текст моей статьи, напоминаю, январь 2005 года:

«Помаранчевая» революция и «черный» рынок
У новой власти в Украине есть только один шанс реформировать страну. Это "дешевое" и небольшое правительство, это коренное сокращение всех государственных заказов и инвестиций, это запрет на регулирование чиновником экономики и передача бизнес-сообществу надзорных функций за качеством изделий и уровнем технологий. Никакие реформы в нашей стране без многократного сокращения функций государственного и муниципального аппарата просто невозможны. Нам незачем смотреть на бесчисленные стада европейских бюрократов. Наша цель пока не Европа, а Гонконг. Сумеем ее одолеть, тогда и поговорим о цивилизованном бюрократе. Если сумеем.
Затянувшаяся январская политическая пауза подошла к концу. При всем значении вопроса о главе Кабинета Министров эта тема, наконец-то, решена. Но насколько вообще готов и сам Виктор Андреевич Ющенко, и его окружение к решению коренных проблем украинской экономики?

К сожалению, здесь ситуация, скажем так мягко, очень не простая. Совершенно очевидно лишь одно: нам не грозит участь России – сырьевой "придаток", так как у нас слишком мало природных ресурсов. И вообще, можно часами рассуждать об инвестициях и капиталовложениях, однако главная проблема украинской экономики заключена в простом словосочетании: "черный рынок".
Суть проблемы состоит в следующем: вся структура украинского законодательства, экономики и политики организована таким образом, что лишь наличие "черного рынка" позволяет ей нормально функционировать. Как в Николаевской России взятка, так в нынешней Украине "черный рынок" – универсальная смазка, позволяющая работать уродливому механизму, именуемому украинской экономикой.
В доме повешенного не говорят о веревке. И наши правящие элиты, сменяя друг друга, о "черном рынке" старались молчать. Зато уж если и говорили, то мало, но сочно. Но не будем вспоминать дела минувшие.
Не трудно предсказать ближайший ход событий. Политики из нынешнего правящего лагеря (теперь это лагерь Виктора Андреевича Ющенко) будут весьма настойчиво утверждать, что борьба с "черным рынком" является насущной необходимостью нашего движения к цивилизации. И даже нечто подобное, многообещающее и где-то даже жизнеутверждающее Виктор Андреевич уже успел сказать. И что любопытно – это правда. Действительно, правда. Но далеко не вся.
Прежде всего, надо, разумеется, определиться с терминологией. Ибо одним словом "черный рынок" на самом деле называют абсолютно разные вещи. И до тех пор, пока мы не научимся отделять одно от другого, мы не сможем понять сути проблемы. Так что для начала пойдем по пути знаменитых "энциклопедистов" и создадим свою краткую энциклопедию "черного рынка".
Итак, "черный рынок", значение первое. Это именно то, что имеют в виду западные эксперты: занятие традиционно уголовно наказуемыми видами деятельности, в первую очередь торговля запрещенными, но крайне выгодными товарами: наркотики, оружие, двойные технологии, проституция, порнография. Но как раз с этим "черным рынком" почти все ясно. Я говорю "почти" потому, что, например, на самом деле очень многие из работающих "под флагом" украинских моряков в той или иной степени связаны с этим видом бизнеса. Да и торговля оружием в нашей державе, при наличии огромного числа контролирующих органов, все равно больше похожа на "черный", а не на законный бизнес. Но почти наверняка можно сказать, что если Виктор Андреевич имел в виду именно этот "черный рынок", то все в порядке: голоса протеста здесь вряд ли услышишь. Хотя о том, что об этом на самом деле думает, например, наш ВПК, следовало бы все-таки узнать.
Статья вторая – фирмы "под крышей". То ли депутатов, то ли чиновников, то ли силовиков. В-общем, тех, кто может приказать налоговой инспекции обходить данное предприятие десятой дорогой. Налогов такая фирма платит с "гулькин нос", обороты здесь большие. В общем, вполне понятно, кого и как наказывать.
Однако поверить в их реальную наказуемость очень трудно. Дело в том, что главным источником дохода, основным притягательным мотивом для работы в государственных и выборных органах является именно возможность "крышевать" бизнес. Человек становится депутатом или чиновником чаще всего для того, чтобы укрыть свой бизнес от контроля и фиска. Речь идет не о двух-трех десятках или даже сотнях "отщепенцев". Речь идет о тысячах депутатов всех уровней, о десятках тысяч столоначальников и контролеров. Вся структура нашей страны построена на этой сложной системе "крыш". Статистика здесь отсутствует, но опытным путем можно прикинуть, что не менее 70 процентов чиновников среднего и высшего звена имеют свои и "полусвои" предприятия, которые они же и прикрывают.
Проблемой здесь является не личное отношение Виктора Андреевича к коррупции, а вся структура нашей власти, где чиновники владеют громадными правами по контролю над экономикой и распределением средств. И никак за это персонально не отвечают.
Третий слой "черного рынка" – поборы с бизнеса. Эта система зиждется на особенностях украинского законодательства, которое с постоянством, достойным лучшего применения, продуцирует новые варианты советских законов по управлению экономикой, которые в принципе не реализуемы на большинстве украинских предприятий. Это касается и пожаробезопасности, и экологии, и санитарии, и технических условий, и многого, многого другого.
Реализация всех требований вызовет неизбежное разорение небольшого предприятия, а значит, данное законодательство фактически провоцирует неизбежные взятки, что позволяет говорить о нем, прибегая к такому термину как "взяткоемкость законодательства". В Украине речь идет о грандиозных (по нашим меркам) суммах.
Здесь возможны варианты произвола. Например, устанавливается норма для технической воды на кораблях на уровне требований к воде питьевой. Автоматически все судовладельцы оказываются нарушителями. Но это достаточно редкая наглость. Обычно все гораздо прозаичнее. Например, используются нормы советского времени для контроля над небольшими предприятиями, которые не могут себе позволить крупных трат. Никто и не пытается приспособить их к нищете малого бизнеса. Наоборот, с этого малого бизнеса все требуется по полной программе. В результате в проигрыше все: производитель регулярно платит грандиозные взятки, но не проводит необходимой реконструкции производства; потребитель получает товар недостаточного качества и номенклатуры. И лишь чиновник остается с мздой.
Бороться с этим произволом в нынешних условиях просто невозможно. Нужно менять концепцию тысяч нормативных актов, изменять стандарты и технические условия, притом, что в этом не заинтересован ни один из разработчиков данных документов.
И, наконец, самое главное. Четвертый и главный слой "черного рынка" – высокие налоги на зарплату и низкая капиталоемкость малого производства. Зарплата в малом бизнесе составляет львиную долю себестоимости. Фактически налоги на зарплату повышают себестоимость продукции малого бизнеса на 30-80 процентов. В условиях крайне невысокой платежеспособности основной массы населения эти налоги неизбежно "выбрасывают" товар из платежеспособного коридора цен. Выживает только бизнес, ориентированный на VIP клиентуру, где норма прибыли на порядок выше.
Система налогов, особенно на зарплату, в Украине одна из самых высоких среди слаборазвитых стран. В этих условиях вывод сделок из-под контроля государства – неизбежный путь для становления бизнеса.
Несколько лет назад правые российские политики попытались решить проблему путем создания регрессивной шкалы социального налога: чем больше платишь "белых" (облагаемых налогом денег), тем меньше процент их налогообложения. Нельзя сказать, что данная идея оказалась уж совсем неудачной. Однако и эффект от нее не слишком велик. И дело здесь в том, что реформа налогообложения, построенная на относительно высоких налогах (даже с учетом регрессивной шкалы ставки социального налога оставались сравнительно большими), возможна, вероятно, лишь с кардинальной реформой бюджетной политики. На сегодняшний день и российский, и украинский малый и средний бизнес однозначно видят в налогах лишь дань, которую у них отбирает правительство. При этом никто не спрашивает их мнения как, кому и сколько надо давать из бюджета. Хотя формально у нас в стране налогоплательщиками являются все, на самом деле реально налоги платят лишь предприниматели и люди свободных профессий: адвокаты, нотариусы, артисты, врачи. А бюджет, в первую очередь, ориентирован на интересы тех, кто налогов не платит. И на чиновников. В этих условиях реформа фискальных мер путем создания различных регрессивных шкал, даже с самыми благими пожеланиями и самыми хитрыми схемами, не способна в принципе решить проблему "черных" денег или, как ее принято называть в России, "зарплаты в конвертах".
Для изменения отношения малого и среднего бизнеса к процессу распределения бюджетных денег необходима коренная ломка всей государственной структуры, отказ от "дорогого" правительства, от бесчисленной чиновничьей рати, от правительственных инвестиций и амбиций.
Любопытно, что в Украине действует совершенно иной эксперимент. Летом 1999 года, накануне президентской кампании, Президент Леонид Кучма сделал совершенно неожиданный шаг. Желая привлечь на свою сторону наиболее активную часть населения страны, Леонид Кучма принял Указ об упрощенной системе налогообложения. Это совершенно уникальный документ. С точки зрения официальной теории был сделан шаг назад. Мы еще в советской школе учили, что на заре новой истории третье сословие стало требовать введения подоходного налога вместо средневековых поборов. А Леонид Кучма предложил вроде бы прямо противоположное: вместо налога, зависящего от доходов, платить фиксированную сумму вне зависимости от успехов в предпринимательской деятельности. Казалось бы, это парадокс, но на самом деле это был настоящий прорыв в экономической и фискальной политике. Ибо с этого момента Правительство как бы говорило: вы гарантированно платите некоторую не очень большую сумму, а в остальном – абсолютно свободны.
Суть реформы заключалась в том, что Кучма предложил резко понизить размер дани. И предпринимателям стало абсолютно все равно, на что будут тратиться бюджетные деньги. Главное, что от них стали требовать сравнительно небольшие суммы, и они на все остальное закрыли глаза.
Этот прагматизм Леониды Кучмы позволил сравнительно легко "заморозить" политические реформы, так как наиболее активная часть населения ушла в малый и средний бизнес, а остальная часть электората была слишком пассивна.
У этого решения проблемы есть и еще одна составляющая. В начале 90-х западные аналитики отмечали, что в России и других странах СНГ слишком велика тенденция по ведению бизнеса не от имени корпоративного права (от имени корпораций, обществ с ограниченной ответственностью и других юридических форм бизнеса), а от имени "физических лиц". Японцы даже придумали этому название: "экономика физических лиц". Итог: стремительный рост всех видов базаров и рынков вместо появления торговли по западному образцу. Указ Кучмы резко усилил эту тенденцию. А ведь это путь в восточный рынок, а не в западный, это путь в тупик.
Очевидно, что выход из этого тупика лежит в сфере доверия. Лишь когда плательщик налогов (тот, кто реально должен часть полученных денег отдать в налоговое ведомство) будет верить, что его деньги пойдут на благо, только тогда процесс уплаты налогов перестанет быть сбором дани. Но здесь, несомненно, мяч на половине поля политиков. Именно они должны найти способ восстановить утраченное доверие. Это титаническая задача, но без нее невозможно решить проблему "черного рынка".
Идеализм – прекрасная черта. Для писателя, для ученого. Но в политике нет ничего опаснее идеализма. Если сейчас, исходя из самых благих пожеланий, новая команда решит делать все параллельно, или сначала решить проблему "черного рынка", а затем уже говорить о реальной, а не декларативной прозрачности власти, то эффект будет чудовищный. Леонид Кучма в 1999 ничего великого не обещал. Он сделал небольшой прагматичный шаг, не желая (а, может, не имея возможности) реформировать политическую структуру страны. Но этот шаг принес Украине новую жизнеспособную экономику. Самое страшное, если идеалисты от власти из самых лучших побуждений все это разрушат. Увы, это не так уж и сложно. Уже в последние годы принятый, закон о пенсионной реформе нанес малому бизнесу сокрушительный удар. Привязка минимальной зарплаты к размеру уплачиваемого малым бизнесом налога способна не только свести на нет все преимущества упрощенной системы, но и разрушить существующий баланс в экономике. Хотелось бы верить, что этого не будет».

Это написано в январе 2005 года. Еще все будет впереди. И насильственная (сверху) украинизация, тем более раздражающая, что на Майдане Виктор Ющенко обещал придать русскому языку официальный статус. Но языковый вопрос – это тема отдельного разговора. В 94-м или 95-м году – уже точно не помню, мы с вышеупомянутым Маратом Якуповым – моим коллегой по партии Конституционных демократов во главе с журналистом Владимиром Золоторевым (была такая партия до 2001 года, пока ее не погубила, как и многое другое, г-жа Богословская) – попытались провести в Одессе организационное собрание по проведению референдума о статусе русского языка.
Мы исходили из того, что право человека, живущего постоянно на своей земле, там, где жили его предки – право гражданина пользоваться в жизни тем языком, который является для него родным. И так как мы, граждане, содержим Правительство на свои налоги, то оно обязано учитывать наше желание. И если оно хочет сделать официальным языком не наш родной язык, то оно обязано обеспечить наши права. А не мы обязаны выполнять требование Правительства.
Увы, сегодняшние радетели русского языка исходят из совершенно иного принципа: русский язык должен быть официальным потому, что он русский. Их очень много, а нас было мало, и нам даже собрание не дали провести.
Говорят, кто-то из канадских украинцев попытался объяснить нашим лидерам национал-демократов еще в начале 90-х, что если они запретят русский, то в результате – они потеряют украинский. Увы, лидеры наших так называемых национал-демократов, как и пан Ющенко, слишком часто верят только в силу приказа, поддержанного палкой. Все остальные методы убеждения выше их понимания. Палка Януковича оказалась длиннее. Ну и кому от этого лучше? Но это, как я уже сказал, тема отдельного разговора.
Почему же все-таки Виктор Ющенко при поддержке тогда Юлии Тимошенко начал эту кампанию? Если бы это произошло в России, то тут есть объяснения – подобная стратегия выгодна, в первую очередь, бюджетникам. А то, что растет безработица, что разоряется бизнес – Правительству все равно – ведь есть доходы от сырья, прежде всего от нефти и газа. Но ведь у Ющенко совершенно другая была ситуация. Он вроде бы рубил под собой базу. Так я думал в 2005 и, возможно, ошибался.
(Продолжение следует)

Телефон редакции: (063) 994-63-77

Редакция не несет ответственность за содержание рекламных материалов.

При перепечатке гиперссылка на источник обязательна.